Мамско-Чуйский районный суд рассмотрел гражданское дело  по исковому заявлению отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области к гр.Б. о взыскании незаконно полученной пенсии по случаю потери кормильца.

Истец мотивировал свои требования тем, что ответчик получал в период с 01.03.2022 года по 30.06.2022 года пенсию по утере кормильца, хотя был отчислен из учебного заведения, затем восстановлен, не известил орган ПФР об обстоятельствах, влияющих на право выплаты пенсии. Требование ОСФР по Иркутской области о необходимости возвратить необоснованно полученные суммы до настоящего времени не исполнено, в добровольном порядке указанная сумма не возвращена.

Согласно законодательству на Пенсионный фонд Российской Федерации возложена функция контроля за правильным и рациональным расходованием его средств, вины ответчика Б. в перечислении ей заявленной истцом пенсии по потере кормильца судом не установлено. Поскольку добросовестность гр.Б. при разрешении требований пенсионного органа о взыскании излишне полученной пенсии презюмируется, бремя доказывания недобросовестности ответчика возлагается на учреждение, требующее возврата денежных средств. 

Как установлено в ходе рассмотрения дела, выплата социальной пенсии по случаю потери кормильца отвктчику. должна быть прекращена с 1 марта 2022 года, поскольку прекращение выплаты пенсии производится в случае утраты права на нее с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены обстоятельства утраты права на назначенную пенсию по случаю потери кормильца. Решение о прекращении выплаты ответчику социальной пенсии по случаю потери кормильца принято пенсионным органом 23 сентября 2022 года, с указанием в нем о ее прекращении с 1 июля 2022 года, таким образом, выплата ответчику страховой пенсии по случаю потери кормильца в период с 1 марта 2022 года по 30 июня 2022 года необоснованно производилась самим истцом. 

Учитывая, что истцом не представлено доказательств недобросовестности со стороны ответчика, получившего выплату социальной пенсии по случаю потери кормильца, само по себе не уведомление ответчиком пенсионного органа о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты социальной пенсии по случаю потери кормильца, в отсутствие иных доказательств, подтверждающих совершение им каких-либо неправомерных действий, направленных на введение пенсионного органа в заблуждение с целью получения излишне выплаченных денежных средств, не свидетельствует о его недобросовестности в получении социальной поддержки от государства, являющейся для него средствами к существованию.

При этом, суд считает, что пенсионным органом в данном случае не выполнены возложенные на него функции по контролю за правильным и рациональным расходованием его бюджета в виде соответствующего своевременного запроса сведений, позволяющих проверить достоверность имеющейся у пенсионного органа информации, касающейся получателя пенсии.

В удовлетворении требований отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области к гр.Б. о взыскании незаконно полученной пенсии по случаю потери кормильца отказано.

Решение суда проверено апелляционной инстанцией, оставлено без изменения.